Тату-модели в Беларуси: о моде и перспективе. Часть первая

19 Сентября 2017 / 8032

Все статьи

Добавить в избранное

Павел Сыроежкин пооткровенничал на тему «Мое модельное прошлое» и поделился квинтэссенцией разговора с тату- моделями Настей Масловской и Линой Марган об их татуировках.

На стыке тысячелетий, лет 17 назад, я, будучи студентом юрфака, подрабатывал моделью на разных показах и рекламных съемках. Бросающегося, на первый взгляд, диссонанса в связке «юрист-модель» я абсолютно не стыжусь и, более того, вспоминаю те времена как одни из самых разудалых и залихватских в моей жизни. В цивилизованных странах это абсолютно нормальная студенческая практика: после будней стационара «Альма-Матер» работать по паре-тройке часов в день на разных съемках (кто подумал о порно — вы тоже не далеко ушли от правды), числиться в базе данных рекламных агентств и кинокомпаний, работать «натурщицей» и продавать свои фото на стоках — студенческий бюджет рад любому пополнению. Так было и в моем случае. На «подиум» меня «вывела» тогдашняя моя пассия-модель со словами: «Ну а что? Работа не пыльная. Девушки вокруг полуголые бегают. Делать ничего особенного не надо, прошел вперед-назад под музыку пару раз и забрал свои 20 баксов». Следует отметить, что средняя з/п в стране была долларов 100 в те времена, поэтому для студента, как в том анекдоте — «я не гей, но 20 баксов есть 20 баксов», — являлись неплохой прибавкой к стипендии. Особенно когда случались несколько раз в месяц. И как-то все само собой так успешно завертелось, что меня даже по этой стезе занесло поработать в Москву на достаточно продолжительный срок в агентство Modus Vivendis.

В ту пору там, как грибы после дождя, открывались монобрендовые бутики в Тверском проезде и на Кузнецком Мосту, в Россию хлынули все флагманы и гиганты индустрии роскоши, а мы как раз и оседлали ту волну. За один показ Сalvin Кlein я зарабатывал гораздо больше, чем смог бы за месяц, сидя в пыльной конторке помощником какого-нибудь помощника. На большее сразу после выпуска и без опыта работы, увы, я претендовать не мог. Парней-моделей тогда было мало, а работы для них уже много. Я в силу специфики своего экстерьера всегда пролетал мимо (и к счастью!) андрогинных и унисексовых кастингов, но меня всегда «на ура» принимали производители экипировки для спорта, мужского белья, спортивного питания и прочие заказчики, кому требовались лысые, небритые, крепко сложенные парнишки. Веселых историй в то время было не счесть, есть что вспомнить и рассказать сыновьям, но рано или поздно с этой несерьезной работой пришлось заканчивать. Главное — вовремя остановиться.


С той поры утекло много воды. Но вот что я отчетливо помню по тем временам — это практически абсолютное отсутствие тату у всех моделей. А если и были, то только самую малость и практически незаметные. На кастингах так прямо и спрашивали, буквально сразу после вопроса об антропометрических данных: «Татуировки есть?» Заказчикам тогда они не нравились, ибо отвлекали взгляд от товара (читай: одежды), который надо было после этого показа продать. Да и после только-только отшумевших «лихих 90-х» ассоциировались гораздо больше с криминалом, чем с искусством. Такое было время. Но оно прошло.

Я много путешествовал, видел абсолютно иное отношение к тату, нежели у нас, но «пускать краску под кожу» так и не решался. В таком деле спешка абсолютно ни к чему. Не уверен — лучше не делай. Тебе потом с этим сомнением жить. Уверен — тогда все равно подожди еще немного, а вдруг через год твои вкусы и предпочтения кардинальным образом изменятся? Такое тоже в жизни бывает. Именно поэтому первую татуировку я сделал себе уже после 30-ти. Понравилось. И моему сыну тоже. И даже моей маме. Я раздухарился и сделал еще одну. Ну и понеслось. Сам я с иронией отношусь к этому процессу, в шутку называя его «синдромом Тимати». Ты делаешь один рисунок, а в голове прокручиваешь уже эскиз другого. В моем случае все «росписи» осмысленные, ни у кого не скопированные и существующие в единственном уникальном экземпляре — только на мне. И все, что на мне есть, посвящено моим близким и любимым людям, памятным вехам либо жизненным кредо. Ситуация, которую наблюдала моя жена в сауне, когда на полку присели три малышки с практически идентичными бабочками чуть ниже поясницы, у меня точно не повторится.


Я достаточно часто снимаюсь в кино (если не лень, можете лично в этом убедиться, «вбив» мою фамилию в «Кинопоиске»). И там мои тату никому никогда не мешали (и, о ужас, даже в «постельных сценах»), скорее, наоборот, мне их дорисовывали, дабы я еще более подходил на роль криминального элемента, амплуа которого являются моей «визитной карточкой». Времена поменялись, взгляды на тату тоже. И вот уже и до нас с многолетним опозданием докатился спрос на тату-моделей. В фэшн-индустрии нынче даже самые консервативные модные дома приглашают в свои рекламные кампании моделей с рисунками на теле. И не только!

В Майами, где мы живем по нескольку месяцев в году, есть целые тату-агентства — настолько велик сейчас там спрос на подобные услуги. Я со своими «письменами» даже прошел первичный кастинг в сериал «Игроки» (об американских футболистах) с Дуэйном «Скалой» Джонсоном в главной роли. Но, увы, отсутствие трудовой американской визы поставило крест на этом моем начинании. Там с этим строго. Однако время от времени я продолжаю принимать участие в разноплановых съемках и проектах. В Беларуси это, скорее, «джаст фо фан» и чтобы оставаться «в форме» (хотя и тут иногда проскакивают весьма интересные кейсы). И вот во время одной из таких сессий случай свел меня на съемках с Настей Масловской, профессиональной тату-моделью, которых в Беларуси пока что можно пересчитать по пальцам одной руки. А вскоре к нашему обсуждению присоединилась и вторая известная тату-красавица, Лина Морган (это творческий псевдоним). Обе девушки примерно одного возраста, жгучие брюнетки. И пока вы уже начинаете мне завидовать, делюсь с вами квинтэссенцией нашего разговора.

— Чем вас изначально не устраивало просто тело, без картинок?

Лина Морган

сотрудник IT-сферы

 

Л.: Первую татуировку я сделала в 15 лет. Безусловно, это было не особо осмысленное решение. У каждого человека, который касался данной темы, зачастую это была просто дань моде. Определенно, кто бы что ни говорил и как бы ни спорил, все делали тату потому, что это было круто: ты выделяешься и становишься не такой, как все. Другое дело, что ты делаешь это только для себя, а не для кого-то другого, и именно то, что тебе так нравится. Ты вкладываешь определенный смысл в изображение. В 15 лет я сделала не очень осмысленную татуировку: выбрала места, где тату должны сойти через месяц-два (как я думала тогда), но мне не повезло. И «лазер» тогда был простой и плохо удалял в Беларуси. Поэтому первоначально все это было не осмысленно. После чего я уже задумалась, конечно, но остановиться уже было нельзя. Это тоже многие люди с тату подтвердят. Ты все думаешь и думаешь о татуировках, смысл какой-то в них постоянно вкладываешь.

— То, что плохой «лазер» в Беларуси, — это было давно или ситуация и на данный момент такова?

— Сужу по ситуации, что была год назад, потому что я не так давно за это дело взялась. С другой стороны, это можно легко объяснить, потому что достойный хороший «лазер» стоит огромных денег. Это оборудование быстро не окупится, и многим нет смысла его приобретать.

— Лина, когда ты была девушкой-подростком, откуда появилась тяга к татуировкам? Ты была недовольна телом? Это был протест такой — сделать татуировку, чтобы выделяться?

— Все тело меня устраивало, но, как я уже выше сказала, то была определенная дань моде, и я выбирала специально те места, с которых якобы должно все быстро сойти. Но ошиблась (смеется).

— А у тебя как было, Настя?

Настя Масловская

администратор в барбер-шопе "Old Boy"

 

— Меня всегда устраивало мое тело, с татуировками и без них, просто пришло понимание того, что я не хочу быть как все. Хочу превратить свое тело в произведение искусства, что ли. Сначала это был чисто спортивный интерес. Первым тату сделал друг, следом захотела и я попробовать. Потом втянулась (улыбается).

 — Девчонки, как обычно происходит процесс? Вы подбираете часть тела под новое тату? Т.е. сначала нравится рисунок и вы ищите где бы его разместить? Или, наоборот, вы не хотите, чтобы спина была белая, и уже исходя из этого выбираете изображение?

Л.: Первоначально, конечно, я думаю над самой идеей: что я именно хочу и почему хочу это сделать. Я ее вынашиваю около полугода, чтобы точно быть уверенной в своем решении. Лично у меня есть своеобразный «внутренний срок». Другое дело, я считаю, что не каждое тату подходит к определенной части тела. Поэтому, мне кажется, все это дело надо равномерно наносить, чтобы оно тебе нравилось и через 10, и через 20 лет. Допустим, надпись на шее мне импонирует, но я понимаю, что ее не буду делать. Я долго над этим думаю, сначала появляется идея, потом я ставлю цель реализовать ее.

Н.: Чаще всего мои татуировки появлялись спонтанно: увидела рисунок, подобрала часть тела и вот уже занимаюсь поиском мастера для очередного шедевра. Планов уже не так много, так как большинство уже осуществлены в виде татуировок. Остается привести их в единый порядок.

— Как реагирует ваш организм на тату-сессию? Поднимается ли температура? Сильную ли боль чувствуете?

Л.: В целом все стандартно и нормально проходит. Но почему-то раньше я была более принципиальной, мне хотелось прочувствовать всю эту боль. На данном же этапе я считаю, что это уже даже несколько глупо. Зачем это терпеть? Я один раз прибегла к обезболивающим, и, кто бы что ни говорил, что это плохо как-то влияет на качество, кожу, я по себе лично этого не заметила, все было абсолютно нормально. Для меня более важен процесс заживления и то, как я буду за тату потом ухаживать.

Н.: До последних двух татуировок мой организм реагировал отлично, боль была терпимой, никакой температуры не наблюдалось. Правда, один раз упала в обморок после 7-часового сеанса, но только потому, что перед процедурой не позавтракала. На данный момент переношу все так же легко, но появились небольшие проблемы с заживлением.

— Какие самые дурацкие вопросы вам задавали на пляже или в душевой бассейна?

Л.: Честно признаться, я их как будто жду постоянно, потому что много людей в этом плане любознательны. В силу какой-то своей неосведомленности они задают вопросы разной степени глупости. Я обычно жду самых странных, но, с другой стороны, мне все это импонирует. Наверное, мои татуировки не вызывают каких-то странных эмоций, и мне просто задают самые обычные вопросы. Многие люди делают себе татуировки для того, чтобы даже улыбнуться самому себе, увидев ее в зеркале очередной раз.

 

Н.: Мой персональный топ «самых глупых вопросов» выглядит примерно так:
а это настоящее тату?
а это на всю жизнь?
а что ты будешь делать с этим в старости?
а ты об этом не жалеешь?

Продолжение следует…

О том, к каким мастерам обращаются девушки, как ухаживают за своими тату и как реагируют на них окружающие и близкие, читайте во Второй части статьи.


Автор: Павел Сыроежкин

Фото: Роман Лебедев, личный архив героинь

Читать цикл статей

Тату-модели в Беларуси: о моде и перспективе.-1: Тату-модели в Беларуси: о моде и перспективе. Часть вторая

Тату-модели в Беларуси: о моде и перспективе.-2: Тату-модели в Беларуси: о моде и перспективе. Часть первая

Показать комментарии